США, Япония, 2003
Комедия, Мелодрама, Драма
В ролях:
Скарлетт Йоханссон,
Билл Мюррей,
Акико Такешита,
Kazuyoshi Minamimagoe,
Казуко Шибата,
Ryuichiro Baba,
Акира Ямагучи,
Катрин Ламберт,
Франсуа Ду Бойс
Режиссер: София Коппола
Обсудить на форуме
От дня Сурка спасенья нет!
— Что вы тут делаете?
— В основном 3 вещи: отдыхаю от жены, забываю о дне рождения сына и получаю 3 млн. долларов.
— Вы когда-нибудь меняете место?
— Нет, здесь, по крайней мере, если я упаду, меня заметят…
— Может, повторим еще раз как-нибудь?
— Нет, так хорошо уже больше никогда не будет!
Тащитесь, траурные клячи!
Актеры, правьте ремесло,
Чтобы от истины ходячей
Всем стало больно и светло! (А. Блок)
Он и она. Сколько историй рассказано на эту тему. Сколько слез пролито, сколько сердец тронуто, сколько умов заинтересовано… Но эта история совсем другая. Она вполне может случиться с вами или вашим соседом, она пройдет незаметно, но оставит глубокий след. Это пластмассовый нож, который ранит сильнее стального.
Он и она. Он — бывшая кинозвезда, актер «за 50», которые в Голливуде, как правило, оказываются за бортом большого кино. Он приехал в Японию на съемки рекламного ролика виски «Сантори» — здесь, в стране вулканов и всеобъемлющей техногенной мысли любят американское кино и, даже если в Америке твоя звезда уже потухла, в Японии, на другом конце света, она еще сияет в полную силу. Боб Харрис знает это. Правда, ему это не надо. Слава, женщины, даже деньги уже давно интересуют Боба очень мало. Он устал, чудовищно устал. И устал не потому, что его жизнь сложна и полна опасностей. Нет, наоборот, его жизнь — длинная, спокойная река, без порогов, водоворотов и водопадов. Он плывет по ней, как бревно, даже не пытаясь шевельнуть рукой или ногой. От такой тягучей липкой жизни он и устал. Устал от 25-летнего брака, устал от непослушных детей, устал от неуклонно катящейся вниз карьеры. Делая все по инерции, он и сам не заметил, как превратился в старого, бесполезного и одинокого мужика. Его жизнь в Японии — ежедневный поход на работу: фотосессии и съемки. А вечерами он безынициативно таращится в окно да глушит виски в баре отеля стакан за стаканом, чтобы побороть скуку или бессонницу.
Она — вчерашняя студентка, миленькая девушка, изучавшая философию, но, как и многие, рано вышедшие замуж, быстро уставшая от брака и не понимающая своего предназначения. Ее будни скучны и бесполезны. В ожидании мужа-фотографа, увлеченного своей работой, она дни напролет читает, слушает музыку, вяжет, но ни одно занятие не доставляет ей удовольствия. Она ищет хоть что-то, что может косвенно послужить целью в жизни. Иногда она гуляет по городу, но это вряд ли можно назвать интересным времяпровождением. Она не гуляет, и даже не ходит по городу, а бродит. Слоняется от кровати на кухню, из гостиницы в парк, из парка в храм, ничего не чувствуя. Она одинока, несмотря на мужа, друзей и безграничные возможности.
Чудеса японской культуры мало интересуют американцев, более того, они и не хотят ими интересоваться. Чужды им и чудеса японского индустриального города-гиганта. Оказываясь в чужой стране, они оказываются наедине с самими собой, а в себе, увы, не находят ничего интересного….
Они встретились в баре отеля. Между ними не била искра, не вспыхивала любовь и не расцветали улыбки. Просто двум американцам проще находиться в компании друг друга. У них много общего. Кризисы, потерянность, одиночество, апатия и скука сближают этих людей на расстояние интимности, но… Она не ищет любви, а ему давно не интересна любовь. Нет, она слишком молода и слишком честна, чтобы заводить романы, ей нужен не друг, не любовник и даже не товарищ, а просто кто-то, кто ее поймет, человек, с которым можно болтать ни о чем всю ночь. Ему не интересна Шарлотта, как женщина, но общение с ней доставляет Бобу несомненное удовольствие.
Но даже рука об руку они остаются одинокими людьми, потому что их встреча — просто случай, их расставание — закономерно. Они никто друг другу, и будущего у их отношений быть не может. Их скреплял только Токио, только этот чужой и непонятный мир. Да и трудно понять другого человека, если с самим собой сладу нет. И ничего не будет. Ни секса, ни жарких поцелуев, ни громких фраз. Грустная полуулыбка, влажные глаза, несколько произнесенных шепотом слов — вот, что ознаменует конец этой грустной, немудрящей истории. А вы что хотели? Это ведь не сказка. Боб меньше всего похож на принца-мечту всех девушек, а Шарлотта вовсе не Золушка.
* * *
Этот фильм — как японская пища. Ее надо очень тщательно распробовать. Только тогда можно получить от нее настоящее удовольствие. У японской пищи очень ограниченный набор запахов и вкуса, она выглядит не самым лучшим образом, она сделана из непривычных продуктов и очень своеобразна. Попробуйте ее, закрыв глаза. Каждый кусочек просмакуйте, прочувствуйте, как он спускается по пищеводу в желудок. Подождите, пока она переварится. Если ни один из процессов не вызовет у вас отвращения, смело пробуйте еще раз — на этот раз чувствуйте вкус и начинку. На третий раз рассмотрите ее, заметьте каждый ингредиент, попробуйте выяснить, из чего она сделана и каким образом… Так и этот фильм. Забежав после долгого рабочего дня в кинотеатр, думая о детях, уборке и готовке, вы не сможете посмотреть этот фильм. В нем нет ничего яркого и интересного — в фильме нет никакой интриги и мало-мальски увлекательного сюжета. Никаких эффектов, никаких драк, погонь, секса и смеха. Гарантирую, вы уснете через 15 минут… Он станет для вас самым занудным фильмом в мире, самым тягучим и нудным, самым бессмысленным… Потому что… это так и есть! Да, он такой. Вот станет ли это достоинством или недостатком — дело ваше. Попробуйте его снова, дома, отключившись от всего на свете, забыв про мир вокруг. Попробуйте его в одиночестве. Посмотрите и идите спать. Если на следующий день вы непонятно почему будете думать о нем, через пару дней посмотрите его снова, поверьте, вам откроются такие горизонты, что вы недоуменно пожмете плечами: «Да как я мог уснуть на этом фильме?».
Да, фильм абсолютно ни о чем. И обо всем. Поставила фильм дочка знаменитого Френсиса Форда Копполы, но не ждите от нее «апокалипсисных» отцовских страстей. Яблочко упало от яблони очень далеко. И, тем не менее, великий отец может гордиться дочерью. Пунктирно через фильм проходят темы семьи, любви, страсти, брака, дружбы, случайного переезда в чуждый мир, проблемы общения с другими народами и прочее, но основной темой остается одна — есть люди, чужие на этом празднике жизни. Вы не сможете прожить этот фильм вместе с героями, потому что они не страдают, не мучаются и не любят — их тоска не имеет почвы, их апатия не имеет смысла. Фильм построен буквально на одной атмосфере, но именно она, если вы позволите ей хоть чуть-чуть коснуться вас, затянет, облепит, унесет вас и не отпустит уже никогда. Это чарующая атмосфера обыденности и одиночества, такая близкая миллионам людей, атмосфера отрешенности, самовольного тюремного заключения, легкой и непонятной меланхолии, тихого, беспричинного смеха. Все смотрится так, будто снято не профессионалами, а вырвано из жизни — настолько все кажется реальным, настоящим, беспричинным, и, поэтому волшебным.
Атмосфера фильма околдовывает, очаровывает людей. Этому немало способствует отличная операторская работа, показывающая то беспокойное мельтешение людей огромного города, то спокойные, безразличные высоты Фудзиямы, то лица героев крупным планом, то выхватывающая из всего этого мира одну крохотную деталь, показывающую состояние героев лучше актеров. А еще в фильме почти нет музыки — только естественные шумы, музыка в барах, из телевизора и радио. Но шум города не может сравниться ни с одним композитором, поэтому эта зябкая «тишина» гипнотизирует зрителя. Ну, и, конечно, Япония. У автора нет цели раскрыть характер нации или показать различия менталитетов. В центре два героя, а Япония, японцы — не больше, чем контрастный фон, этакий «синий экран», на который позже накладываются спецэффекты. Именно поэтому Япония однобока, плоска и неинтересна — ее показывают глазами двух апатичных американцев, с таким же успехом это могла быть Россия, Индонезия, Италия и любая другая страна.
Говоря об актерах этого фильма, а их, собственно, 2 (остальные — безликая массовка), хочется отметить их совершенную незаменимость в их ролях. Трудно представить другого актера с таким постным и цинично-безразличным лицом, как Билл Мюррей. Его лицо стало своеобразным символом фильма. Собственно, взглянув на его лицо на постере фильма, можно сразу понять, что громкие слова «блестящая комедия» лживы, как Буш перед выборами. Это усталое, словно примятое после долгого сна лицо, очень часто показывают крупным планом и это помогает проникнуться духом безысходности, царящим в фильме. Мюррея, кстати, пришлось долго уговаривать и зазывать на эту роль. Не один нерв Коппола убила и не один месяц потратила для переговоров с гениальным, но очень разборчивым актером. Мизерный бюджет не был хорошим аргументом, да и популярности добавить великому комику фильм вряд ли бы мог. Но Коппола писала сценарий только под Мюррея и без него делать фильм не хотела. Он согласился. Роль Боба Харриса новыми красками нарисовала мощный талант Мюррея. Да, здесь нет и намека на искусство смешить, в совершенстве постигнутое актером, если не считать нескольких промелькнувших гэгов и узнаваемой мимики. Но роль эта стала одной из знаковых в карьере актера — он сыграл с такой ошеломляющей простотой и психологичностью, что теперь навсегда, видимо, вписал свое имя в списки лучших драматических актеров современности. Впрочем, самый натренированный и любящий глаз (а я очень люблю Мюррея) все-таки узнает в Бобе Харрисе все того же Фила Коннарса, только сильно постаревшего, смирившегося и ушедшего в себя. Да и фильм весь — тоже грустное продолжение «Дня Сурка», правда, с пессимистичным концом.
Скарлетт Йохансон я узнал впервые. Она показала себя еще неиспорченной Голливудом актрисой — талантливой и послушной. Сразу видно, как во всех совместных сценах она старательно подстраивается под Мюррея, поддерживая и всячески «подтягивая» те места, где Мюррей ленится. Увы, мы знаем, что Голливуд перемалывал и не такие кости. Эта милая девушка потенциальная суперзвезда, и я буду рад, если она хотя бы не превратится в подобие того образа, какой спародировала Анна Фэрис в этом фильме (звезды типа Кэмерон Диаз и Пенелопы Круз).
Да, и никакого хэппи-энда. Потому что хэппи-энд свойственен типичным голливудским сказкам — слащавым, с моралью. Никакой морали, потому что она — залог хэппи-энда. Только такой конец мог венчать жизненную историю: остается тревожная неизвестность, «открытость» — пусть зритель сам выстроит судьбы героев. С трудом при просмотре верилось, что фильм американский.
Но как у всех фильмов, у этого тоже есть недостатки — нет совершенства в том, что создано человеком. И, главный, на мой взгляд, недостаток, это как раз то, что Коппола хотела при всем своем арт-хаузном, модернистском направлении сработать: во-первых, на массовую аудиторию; а во-вторых, на Оскар. В этом видна четкая направленность. Есть такая категория — фестивальные фильмы, вот этот здорово похож на такое кино. Частично Коппола своего добилась. Во-первых, фильм оказался одним из самых окупаемых в истории — при бюджете в 4 млн. он собрал 120 млн.! Во-вторых, Оскар Коппола получила. И еще кучу наград. Обидно, что киноакадемики «прокатили» Мюррея, который в том году оказался единственным реально достойным Оскара. Ну, думаю, Билл сможет колоть орехи и Золотым глобусом. Обласканный критиками, великолепно принятый зрителями, феноменальный «независимый хит», он покорил и мое сердце.
Вот такая слегка забавная, немного грустная, максимально облегченная от каких-либо истинных проблем история, гениально разыгранная в японских декорациях двумя прекрасными лицедеями в духе независимого массового кино.
P.S. Все, написанное выше, является исключительно моей личной оценкой и связано с системой только моих пристрастий. Мое мнение может вызвать у вас неприятие и даже оскорбить вас, но оно останется моим мнением. Навязывать его кому бы то ни было не собираюсь.
Личная оценка автора – 10 из 10
Дискуссия